517. МАРЛЕН ХУЦИЕВ, «ПОСЛЕСЛОВИЕ», 1983

послесловиеЧто ж, ночь с пятницы на субботу — самое любимое время для тех, кто вкалывал всю неделю; для тех, кто всю неделю поднимался засветло и ехал на работу. Я к этой категории не отношусь, посему особой приподнятости не чувствую, а все ж в кои-то веки выкроил время для советского фильма и теперь вот врубил группу Traveling Wilburys, по настрою совсем здесь не уместную… Я пытаюсь найти слова для фильма Марлена Хуциева «Послесловие»; слова меня не слушаются; чтобы извлечь их из головы, нужны усилия. Но ничего, справлюсь как-нибудь.

 

Фильм камерный. В Москву приезжает старик. Приезжает к дочке и зятю; приезжает внезапно. У дочки командировка в Среднюю Азию, но это ничего — старик будет жить с зятем. И вот они начинают существовать вместе. Зять угрюм; он интроверт, и он пишет диссертацию. Старик весел — он живчик и жизнелюб. Но видя минимум энтузиазма со стороны зятя (Андрей Мягков словно был рожден для этой роли), тоже слегка раскисает. В принципе зятя нельзя назвать негостеприимным. Но он неуживчив, а тут еще эта диссертация. И на фиг ему сдались воспоминания старика (блестящий Ростислав Плятт) о старой Москве, о 20-х годах; его пулеметные цитаты из различных классиков, его дурацкая привычка бриться опасной бритвой, его рассуждения о вкусе настоящего рижского хлеба и его советы по правильной организации такого нелегкого труда как написание диссертации?

 

…И вот ни с того ни с сего старик распахивает окно и кричит: «Ура! Майская гроза!» В этот миг он похож на Мефистофеля. Он словно специально приехал к зятю, чтобы искушать его прекрасными мгновениями и вкусом к жизни, но всё впустую — зять не клюет на громкие словеса и шумные порывы. (В какой-то момент начинает казаться, что старик моложе зятя!)

 

Да ведь зять и сам знает толк в сладкой жизни, он хорошо упакован. По работе он часто бывал в Африке (для советского гражданина это шик), а в ближайшем будущем собирается в поездку в США; у него есть дубленка, всякие безделушки, он курит Мальборо или трубку, которую набивает дефицитным голландским табаком. С женой у него вроде бы разногласий не наблюдается. О жене, кстати, говорится мельком — как будто режиссер специально подчеркивает, что нет здесь ни отчуждения, ни ненависти. В общем, зять не слишком реагирует на веселого тестя, и вот тут-то пресловутое отчуждение и начинает проклевываться. Впрочем, советское кино это вам не Антониони, безысходностью тут и не пахнет; лирическая нота в финале ставит все на свои места.

 

А еще зять и тесть говорят друг другу «ты». Это довольно странно. Выходит, что их вежливость по отношению друг к другу не деланная и что они чуть ли не дружбаны. Но все же пробегает между ними черная кошка, куда деваться… Марлен Хуциев простое кино ведь не снимал. Ради этой черной кошки он все и затеял. Примерно так я себе это представляю.

  1. МАРЛЕН ХУЦИЕВ, «ПОСЛЕСЛОВИЕ», 1983

23.07.2016, суббота, 00:33

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *