473. АЛЕКСАНДР БУРЦЕВ, «ГОРОД», 1990

городВот отличный малоизвестный фильм про город Санкт-Петербург, про художников, которые, упиваясь красотой города, бродят по проходным дворам, ищут каменные пейзажи и не гонятся за желтым дьяволом. На деле всё, конечно, было не так. Перед нами группа митьки — одна из визитных карточек старого, да и современного Питера. Вы читали книгу Владимира Шинкарева «Конец митьков»? Вы читали, как их главный пахан Дмитрий Шагин якобы не преследовал желтого дьявола? Печальна история митьков — начинали они бодро, на энтузиазме, а закончили дрязгами и склоками. Владимир Шинкарев, который помимо того что художник, еще и отличнейший писатель, припечатал своего закадычного дружбана Шагина так, что Шагин, наверное, и посейчас отплевывается. Сурово написана книга. Припомнил Шинкарев Шагину такие грешки, о каких и говорить-то как-то неудобно. Неужто из зависти? А что? — художники народ завистливый. А Шинкарев сам по себе худющий, желчный, с тараканьими усишками… Но что есть, то есть.

 

Живопись митьков меня особо не привлекает. Но дух свободы, братства, единства, чувства локтя, отраженный в фильме Александра Бурцева, мне чрезвычайно импонирует. Вот у них громадная тусовка в квартире, сплошь увешанной полотнами митьков. Все нажрались. Пьяный Шагин сидит в обнимку с Флоренским (которого здесь непонятно зачем играет Алексей Зубарев) и плачет: «Что, Флореныч, говенные у меня картины? Ты так и скажи». — «Конечно, говенные. Потому что ты не работаешь ни хера». И продолжают они пить дешевое вино, которое нанесли многочисленные тусовщики. Откуда ни возьмись появляется Шевчук (тоже с пузырем за поясом). Ему: «Давай, Юра, спой!» Дают ему гитару, которую оставил Дюша Романов, и Шевчук поет пронзительную песню. И вот все они медленно доходят до кондиции. «Говенные у меня картины, Флореныч?» — «Налей, Митя». Всё понарошку. Ничего, через 15 лет Шинкарев в своей книге упомянет, что картины таки были говенными. За ним не заржавеет.

 

Позвольте, но фильм-то вовсе не об этом. Сценарий (который, кстати, написали Шинкарев и Виктор Тихомиров) не про то. Из провинции в Питер приезжает молодой художник. Хочет чего-то добиться на ниве искусства. А чего тут добьешься? Ну нашел он себе зазнобу, так та его вскоре бросила. Потому что сама в Питер приехала не для того, чтобы с нищим творцом по общежитиям мыкаться. Но зато встречает наш художник Митю Шагина. А тот ему глаза и открывает. Дескать, вот же они питерские красоты! Вот ведь что писать надо! Тут одних дворов видимо-невидимо. Весь Невский можно дворами пропахать. И дышат эти дворы стариной и особым питерским уютом, который иным вовсе и не уют, а тюрьма, но не о том речь. И уж тут режиссер Александр Бурцев отрывается по полной. Камера так и шустрит по дворам. И ведь и правда — нет на земле лучше города, чем Питер. Недаром митьки его своим фетишем сделали. Питер и приголубит и пнет если что. Примерно как Шинкарев в своей книге пнул беззащитного Шагина. Но неважно. Неисповедимы пути художника, даже если и заводят его в лучший город из всех, что есть на нашей грешной земле.

  1. АЛЕКСАНДР БУРЦЕВ, «ГОРОД», 1990

03.05.2016, вторник, 12:10

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *