37. ПЬЕР ПАОЛО ПАЗОЛИНИ, «САЛО, ИЛИ 120 ДНЕЙ СОДОМА», 1975

О фильмеЯ долго готовился к написанию этой статьи. Долго вынашивал план. Говоря о «Сало», нельзя отделаться двумя-тремя пустыми фразами. У меня есть своя интерпретация, и я спешу ей поделиться. В интернете к этому фильму относятся, скорее, отрицательно. Во всяком случае, многочисленные комментарии свидетельствуют о том, что люди судят о картине исключительно по сценам копрофагии. Эти люди агрессивны, как бывают агрессивны всякие духовно неполноценные люди. Впрочем, речь не о них. Давайте начнем разбор и посмотрим, что у нас получится. «Сало», как известно, снят по последнему роману маркиза де Сада. Однако в титрах имя де Сада почему-то не указано. И это при том, что в тех же титрах присутствует так называемая библиография — названия книг, вдохновивших Пазолини на создание фильма. Вот имена авторов — Ролан Барт, Морис Бланшо, Симона де Бовуар, Пьер Клоссовски, Филипп Соллерс. Эти имена говорят о том, что ключ к пониманию нужно искать в философских выкладках. Теперь я должен сказать, что, к сожалению, не помню фамилию философа, изложившего ту теорию, с помощью которой я склонен трактовать фильм. Давным-давно, учась в РГПУ, я листал большой том Лотмана, и там была сноска с фамилией философа и изложением теории. Суть я запомнил.

«Сало, или 120 дней Содома» это фильм о взаимоотношениях палача и жертвы. О том, что они играют в одну и ту же игру, следуя одним и тем же правилам. Жертва, чувствуя над собой власть палача, не стремится от него убежать. Напротив, она всячески ему подыгрывает. Отсюда пассивные жертвы, показанные в фильме. Отсюда их нежелание вырваться на свободу. Этот момент лучше всего иллюстрирует сцена, когда герой Паоло Боначелли начинает петь солдатскую песню, сидя за общим столом. Жертвы начинают ему подпевать, показывая свою готовность принять дальнейшие муки. То есть палач и жертва — актеры одной трагедии, имя которой жизнь. И они всячески помогают друг другу.

В чем отличие Пазолини от Сада? Де Сад был увлечен идеей о Природе, неотъемлемой частью которой является сильный человек с чудовищными запросами. Согласно законам Природы, такой человек имеет право удовлетворить любое свое желание. По мнению Сада, он заслуживает этого априори.

Что касается художественных средств, то де Сад чересчур увлечен изобретением всевозможных пыток. Однако даже у его изощренной фантазии есть предел. Описав все возможные пытки, он тщится изобрести нечто новое и в итоге изобретает сущую галиматью. Число извращений не бесконечно. Исчерпав все, Сад оказывается в тупике. Он не в силах придумать нечто оригинальное и пишет что-то вроде: «Тот, кому нравилось пускать кровь, ежедневно выпускает по пол-унции крови; и так вплоть до смерти; этому человеку громко аплодируют» (цитата из «120 дней Содома»).

Иной раз де Сад, ища новые пытки, снисходит до гротеска. Так в его романах появляются цари и царицы, например, Екатерина II, чьи оргии описаны совершенно фантасмагорически.

Не таков Пазолини. Пытки интересуют его постольку поскольку. Ему интереснее взаимоотношения между людьми. Он хочет показать, что жертва обретет свободу только тогда, когда нарушит ход правил, предписанных самой жизнью. Но играя по одним правилам с палачом, она обречена.

Фильм Пазолини всегда вызывал много споров. Его не хотели понимать и не хотели видеть в нем шедевр. Это жестокое, но гуманистическое кино. Оно исследует зарождение зла и, как следствие, человеконенавистнических режимов вроде фашизма. Когда Пазолини погиб, Нинетто Даволи сказал, что он был слишком хорош для этого мира. Почему? —спросите вы. Потому что он не хотел быть безвольной жертвой.

 

37. ПЬЕР ПАОЛО ПАЗОЛИНИ, «САЛО, ИЛИ 120 ДНЕЙ СОДОМА», 1975

25.09.2013, среда, 02:29

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *